Переболевшие коронавирусом рискуют умереть в течение года

COVID-19 несет за собой шлейф последствий для организма, а у некоторых повышает риск летального исхода даже через месяцы после выздоровления. Как выяснили ученые из Университета Флориды, проанализировавшие медицинские карты госпитализированных в 2020 или 2021 году после положительного результата теста на COVID-19, риск смерти в течение 12 месяцев после выздоровления от COVID-19 зависит от уровня воспаления в организме в период острой фазы заболевания. Точнее, от уровня С-реактивного белка.

Фото: Наталия Губернаторова

Хотя миллионы людей в мире излечились от COVID, для многих из них воздействие инфекции затянулось на многие месяцы после выздоровления. Сегодня эта тема представляет особый интерес для ученых, поскольку последствия болезни для организма до конца не изучены. У некоторых пациентов осложнения затрагивают несколько систем органов и долго портят жизнь. Пока данные исследований, изучающих эти долгосрочные осложнения после COVID-19, ограничены. Например, недавно ученые установили, что коронавирусная инфекция несет повышенный риск шестимесячной смертности. А теперь оказалось, что существует и повышенный риск смертности через 12 месяцев после заболевания. От чего это зависит, решили понять ученые двух департаментов Университета Флориды.

Чем сильнее воспаление во время первоначальной госпитализации, тем выше вероятность того, что пациент умрет в течение года после COVID-19 — к такому выводу пришли авторы работы, изучившие медицинские документы выписанных пациентов, за которыми наблюдали в течение как минимум одного года после выписки. В качестве показателя тяжести системного воспаления во время госпитализации они использовали распространенный и проверенный показатель — концентрацию в крови С-реактивного белка (СРБ), который секретируется печенью в ответ на сигнал активных иммунных клеток.

Концентрация СРБ в крови во время госпитализации соотносилась с тяжестью течения COVID-19: при уровне 60 мг/л госпитализированным не требовался дополнительный кислород. Те, у кого СРБ превышал 120 мг/л, нуждались в дополнительном кислороде посредством неинвазивной немеханической вентиляция легких и, наконец, при уровне СРБ выше 201 мг/л пациенты попадали на ИВЛ или ЭКМО. Дальнейший анализ показал, что даже после выписки у многих пациентов сохранялись проблемы со здоровьем — и те, у кого была самая высокая концентрация СРБ во время их пребывания в больнице, имели на 61% больший риск умереть по любой причине в течение одного года после выписки из больницы, чем пациенты с самой низкой концентрацией СРБ.

В исследование попали данные 13,6 тысячи взрослых с симптомами коронавирусной инфекции, из которых 1206 были госпитализированы с положительным тестом на COVID-19 (в том числе 178 болели в тяжелой форме, 246 — в легкой или умеренной). За 12-месячный период в этой когорте умерли 2686 человек. Риск смертности в течение года после выписки был значительно выше у пациентов с тяжелой формой COVID-19 по сравнению с пациентами с легкой формой COVID-19. Подавляющее большинство смертей (79,5%) было вызвано причинами, не связанными с респираторными или сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Ученые отмечают, что повышенный риск смерти от COVID-19 не ограничивается периодом острого заболевания, однако чем тяжелее протекает болезнь, тем выше риск отдаленного летального исхода. А именно: риск 12-месячной смертности среди взрослых в возрасте до 65 лет, госпитализированных с COVID-19, увеличивается на 233% (!) по сравнению с теми, у кого ковида выявлено не было. «Даже от таких причин, которые мы могли бы предсказать, умерло мало людей. Мы изучили нарушения свертываемости крови, определяемые как тромбоз глубоких вен, венозная тромбоэмболия и легочная эмболия. Только один пациент с COVID-19 умер от нарушения свертываемости крови в течение следующих 12 месяцев», — делают вывод исследователи.

Как рассказал «МК» известный кардиолог, доктор медицинских наук, профессор кафедры факультетской терапии №1 Первого московского государственного медицинского университета им. И.М.Сеченова Дмитрий Напалков, уровень С-реактивного белка в практике ковидариев почти с самого начала пандемии стал показателем для более агрессивного лечения пациентов: сначала кортикостероидами, гидроксихлорохином, потом биологическими препаратами или моноклональными антителами: «При уровне С-реактивного белка выше 60 мг/л необходимо было вести пациента по развернутой схеме лечения, поскольку такие показатели говорили о выраженном иммунном воспалении. Но вообще, СРБ — этого показатель любого воспаления, и госпитализированные с COVID-19 пациенты, могли умирать не только на фоне иммунного компонента, но и на фоне развившегося сепсиса, пневмонии, другой бактериальной инфекции или высокой вирусной нагрузки — при всех этих состояниях С-реактивный белок также повышается. Данный показатель говорит о том, что в организме непорядок, а какой конкретно — не говорит».

— А о чем может говорить высокий уровень смертности таких пациентов через месяцы после госпитализации в зависимости от уровня СРБ?

— Скорее всего, это связано с тем, что пациенты с высоким СРБ — это пациенты с большим количеством осложнений. Любая воспалительная реакция у пациента с COVID — бактериальная, вирусная или иммунная — вела к тому, что у пациента развивалось больше осложнений, и эти проблемы могли оставаться и становиться причиной летальных исходов. Кроме того, мы должны принимать в расчет и побочные эффекты терапии — как я уже отмечал, повышенный уровень СРБ был показателем для назначения агрессивного лечения, которое также снижает многие функции организма. Конечно, эта работа ученых показала вещи, которые очевидны для многих врачей ковидариев. Но какие-то глобальные выводы на основании этих исследований сделать нельзя: а что делать пациенту, уже выписавшемуся, если у него был высокий уровень СРБ? Таких рекомендаций сегодня нет ни у кого. Можно, конечно, ограничиться более тщательным наблюдением, но чего наблюдать и как — не ясно.

Источник: mk.ru

Оставьте ответ

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты : <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>